11.04.2022 · Olga Kliapets ·
Война, травма и рост
У меня часто спрашивают сейчас о посттравматическом росте – как сделать так, чтобы эта война, все пережитые нами страдания в итоге не обернулись вечно кровоточащими ранами, не привели к ПТСР, а, наоборот, стали возможностями изменить свою жизнь к лучшему.
Тут я вот что хочу сказать.
Во-первых, в самой такой постановке вопроса уже заложена ловушка. Будто мы выбираем, чем для нас весь этот ужас закончится. И, выходит, тот, кто не рванет вверх после пережитого – вроде бы как сам виноват, что-то не сделал или сделал не так, что-то упустил, пропустил, не увидел.
Но на самом деле это не так. Или, точнее, не совсем так. Потому что есть то, что от нас не зависит, и то, что мы действительно можем сделать, чем можем себе помочь уже сейчас.
Наше «пост-» очень сильно определяется
- и тем, с чем конкретно вам пришлось столкнуться /согласитесь, что те, кто пережил оккупацию, и те, кто, как я, например, читал об этом в новостях – это все-таки две больше разницы/,
- и нашим жизненным опытом, приобретенным к этому времени /те, кто уже сталкивался в своей жизни с тяжелыми ситуациями и имеет опыт их успешного преодоления, однозначно гораздо быстрее сейчас адаптируются к происходящему/,
- и внутренними ресурсами — личностными, индивидуальными особенностями, лежащими в основе жизнестойкости /и при этом про собственные ресурсы справляться с такой жестью, вы скорее всего до войны ничего и не знали – просто потому, что ранее не было ситуаций, которые бы «подсветили» для вас этот вопрос/,
- и внешними ресурсами /есть ли люди, которые помогают вам в это сложное время, поддерживают вас, можете ли вы обратиться за помощью к ним, принять ее, как именно они помогают и т.д./
- и др.
Поэтому если вдруг вам все же покажется, что ПТР (т.е. рост) вы не демонстрируете, то не грызите себя за локти и другие части тела, пожалуйста. Это не от слабости вашей, или ошибок. Просто так сложилось. И все.
/Однако же и не факт, что, значит, у вас есть ПТСР. Вообще, согласно данным разных исследований, это расстройство развивается у 25%-35% людей, переживших травму/
Про то, как помочь себе с ростом, напишу чуть ниже, а пока, во-вторых.
Не будет ни единого человека, который выйдет из пережитого всеми нами «загорелым и с магнитиками», поверьте. «Или-или» — это не про нашу ситуацию, не про войну, точно. Все мы в итоге чем-то заплатим/уже заплатили, чего-то лишимся/уже лишились, что-то потеряем/уже потеряли. Но при этом все мы – выжившие и пережившие – и что-то приобретем/уже приобретаем, что-то получим/уже получаем, присвоим себе какую-то супер-силу/присваиваем прямо сейчас.
Так что, в принципе, выбора или вырости, или травмироваться у нас нет. Как бы ни было больно и травматично, мы это переживем. И переживя, по-любому, изменимся. Уже изменились и продолжаем меняться дальше. Прямо сейчас меняемся. Рост – это всегда изменения. Правда, изменения – не всегда рост)
Ну и, в-третьих. Важный нюанс: и посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР), и посттравматический рост (ПТР) имеют приставку пост-. Это значит, что говорить и об одном, и о другом сейчас, спустя 1,5 месяца после нападения России на Украину, еще не время. Давайте подумаем об этом после победы.
Мы все пока находимся внутри, в процессе этого ужаса – в травме. Знаете, что это означает? Что вот вообще не время сейчас стегать себя кнутом и требовать от себя каких-то достижений, быстрого изменения планов /а старые уже явно не годятся/, постановки новых задач, освоения новых знаний и т.д.
Сейчас как никогда призыв «отстань от себя» стал актуален.
Невозможно быть оглушенным после Бучи, Мариуполя и Краматорска сегодня, а завтра искрясь идеями, эффективно и вдохновенно создавать новый бизнес с нуля. Так не бывает. Пожалуйста, будьте бережны к себе и дайте себе время.
Но, вместе с тем, дать себе время – отнюдь не означает сесть и плакать до самой победы. И не только потому, что наши дети хотят есть и сейчас тоже. Просто и сейчас тоже идет наша жизнь. Вот такая, блин, ни фига не радостная, не простая, не легкая, но жизнь. Так что, с одной стороны – не ставим себе планок и не занимаемся достигаторством, а, с другой – делаем, работаем и живем.
К тому же ПТСР в психологической литературе тесно связывается с ощущением бессилия, беспомощности, невозможности действовать, справляясь с тем, что обрушивает на нас жизнь. И, значит, действуя, делая что-то полезное, важное, значимое, мы профилактируем это расстройство.
Да и, в конце концов, именно делая, решая новые, актуальные проблемы, про которые еще вчера мы ни сном, ни духом, мы развиваем и нашу страну, поднимаем нашу экономику, приближаем нашу победу.
А теперь про то, как мы можем себе помочь с ростом.
Выделяются 5 главных предпосылок посттравматического развития:
- Обучение. Речь идет о том, чтобы не держаться за свои старые представления и убеждения, оказавшиеся на поверку реальностью ложными, неподходящими, ошибочными.
И, хоть и звучит, вроде бы несложно, на практике это вовсе не так. Мне, например, сейчас очень непросто дается отказ от мысли, что наша общая с россиянами история длиной в 70 лет и наличие родственных и дружеских связей между нашими народами, гарантирует мир между нами. Хотя война — очевиднее некуда — продемонстрировала мне, что это не так. Для меня их нападение – предательство своими. И это безумно больно.
Но, как бы ни было, мне необходимо от нее отказаться, перестать воспринимать россиян «своими», переосмыслить свое представление о родственности народов, чтобы идти дальше.
- Регуляция эмоций. Если меня все время «сносит», если эмоции захватывают меня целиком, то я не смогу трансформировать никакие свои убеждения и представления — мы в принципе не можем учиться новому, когда нас «штормит».
Значит, нужно стабилизироваться. И здесь подходят различные практики – арттерапевтические, дыхательные, телесные и т.д., но не только.
Для регуляции эмоций очень важно и повседневно заботиться о себе: кормите себя, пожалуйста, если есть такая возможность. Поите. Следите за тем, как вы дышите. Расслабляйте зажатые мышцы. Помогайте себе со сном. Гуляйте на свежем воздухе. Ищите вокруг себя красивое. Сделайте маникюр, наконец.
У меня, например, сейчас главные вопросы к клиентам — при том, что я психолог: — когда ты в последний раз ел(а), пьешь ли ты достаточно воды, сколько часов ты спал(а), гуляешь ли на улице и т.д. Эти простые, банальные вещи являются базовыми – не игнорируйте их.
- Самораскрытие. Честность, искренность по поводу проживаемых чувств – хотя бы с самими собой.
Здесь осторожно!, будьте внимательны и бережны к себе – и раскрывайте свои чувства, только если ощущаете в этом потребность. Кстати, необязательно рассказывать о них другому человеку. Дневниковые практики – отличная возможность раскрыть переживаемое и пережитое без посвящения в свою историю других людей.
И еще раз повторю — здесь главное не врать самим себе и называть вещи своими именами, не стараясь сгладить «острые углы». Ненависть – это не «раздражение». А отчаянье – это точно не просто «я очень расстроилась».
- Создание нарратива. Нарратив – это история. История о пережитом вами. Она, конечно, предполагает слушателя, но им вовсе не обязательно должен быть другой (и живой) человек. Свою историю вы можете рассказать, опять же, и собственному дневнику, и литературному персонажу, и значимому, пусть уже и ушедшему, человеку, и психологу. И снова же – только если чувствуете в этом потребность.
Постарайтесь продолжить свою историю в будущее – как произошедшее с вами недавно, и переживаемое сейчас, скажется на вашем «завтра»? что оно означает для ваших ценностей, планов, целей и желаний?
- Служение. Люди намного лучше справляются с последствиями травмирующих событий, если находят способы принести пользу. Активные действия тогда противопоставляются бессилию и безысходности.
Служение может быть любым: сбор денег для армии, помощь в эвакуации людей, расчищение улиц после разрушения наших городов, сбор одежды для беженцев или, как в моем случае, – предоставление психологической помощи пострадавшим от военных действий. Возможность помогать другим становится очень важным ресурсом и значимой линией нарратива, давая смысл происходящему.
Ну и напоследок. ПТР – не обязательно проявляется в том, что человек вдруг начинает видеть какое-то новые плоскости бытия, оригинальные решения человеческих проблем и т.д., что непременно сказывается на материальном благополучии. Посттравматическое развитие – это все же больше качественное изменение жизни, которое проявляется в трех сферах:
-Изменения в самовосприятии, появление ощущения собственной силы, благодаря чему действительно возможно открытие новых перспектив, а, возможно, станет понятнее зачем были созданы вами прежние)
-Изменения в межличностных отношениях – укрепление связей, углубление их. Друзей может стать больше, но может стать и меньше – может прийти понимание, что с кем-то из ближнего круга вам больше не по пути.
-Изменения в философии жизни, переоценка ценностей и смыслов. Может оказаться вдруг, что счастье вовсе не в тех вещах, в которых вы его раньше видели. Может оказаться даже, что оно — счастье — все время было у вас под носом, просто вы об этом раньше не знали.
Что ж… зато знаете теперь. И это главное.
Узнать с какими вопросами я работаю, можно здесь.
Теги: война, вторжение россии в украину, нападение россии, посттравматический рост, посттравматическое развитие, посттравматичпское стрессовое расстройство, психическая травма, птср, развитие, саморазвитие Рубрики: О жизни
